Князья-страстотерпцы Борис и Глеб

У великого князя Владимира было 12 сыновей. В Древней Руси долго соблюдался обычай давать новорожденным князьям два имени: одно, славянское-языческое, другое - христианское. Сыновья великого князя Владимира, Борис и Глеб, носили христианские имена: Роман и Давид. Мать их была родом болгарка.

Князь Борис отличался мужеством, силой, красотой, милосердием и щедростью. Отец, бояре, дружина и народ любили его. Он хорошо знал Божественные книги, и князь Глеб в детстве любил слушать его чтение. Св. Борису отец дал в управление город Ростов, а св. Глебу, когда он вырос - Муром. Но в Муроме еще держалось язычество, и св. Глеб не пожелал жить в нем и поселился в двух верстах от него с дружиной в палатках.

В Суздальской земле есть место, называемое Борисово становище: там братья встречались, чтобы вместе ездить к отцу. В 1015 году князь Борис приехал к нему один и нашел его больным. В это время под Киевом появились кочевники - печенеги, и отец послал его с дружиной против них. Но князь Борис их не нашел и возвращался в Киев. На берегу реки Альты он остановился, и здесь пришла к нему весть, что отец его умер, а брат Святополк тайно похоронил его в Десятинной церкви, а сам занял престол.

Святополк всегда ненавидел Бориса и хотел его убить. Борис знал это. Знал он и то, что весь Киев и вся великокняжеская дружина 8000 человек, которая была с ним, хотят видеть великим князем не всеми нелюбимого Святополка, а его - Бориса. И когда пришел к нему посол от Святополка со словами: "Брат, я хочу с тобой жить в мире и увеличу твою часть в отцовском наследии", то понял, что в этих словах - ложь. Воины сказали ему: "Иди и сядь на великокняжеском престоле, ибо все войско у тебя!"

Князь Борис знал, что ему грозит смерть, но он был христианином и хотел поступить по Евангелию. И он ответил воинам: "Не подниму руку на брата своего, да еще старшего, которого мне следует почитать за отца!" Тогда воины поняли, что защищаться он не будет, и все разошлись, и кн. Борис остался один с немногими отроками (приближенными слугами). Одного из них он послал к Святополку и велел сказать ему: "Ты будь мне отцом, ты - брат мне старший!" Но Святополк уже послал к нему из Вышгорода убийц. Отрока он удержал у себя. Был вечер субботы. Борису дали знать, что его хотят убить. В сильной печали вошел князь в шатер и велел служить вечерню.

Ночью пришли убийцы и обступили шатер. В это время священник пел утреню, а Борис читал шестопсалмие. Что убийцы пришли, он знал и не прерывал чтения: "Что ся умножиша стужающие ми? Мнози восстают на мя... яко стрелы Твоя унзоша во мне, яко аз на раны готов, и болезнь моя предо мною есть выну... Господи, услыши молитву мою, и не вниди в суд с рабом Твоим, яко не оправдится пред Тобою всяк живый..." А убийцы стояли и слушали. Окончив шестопсалмие, князь Борис стал читать Псалтирь и канон. Утреня окончилась.

Князь Борис обратился к образу Спасителя и сказал: "Сподоби меня принять страдание это не от врагов, а от моего брата. Не поставь ему, Господи, сего в вину!" И сказав это, он лег на постель. Тогда в шатер ворвались убийцы и пронзили его копьями. С ним вместе убили они и верного отрока его Георгия, пытавшегося защитить его своим телом.

Этот Георгий был одним из трех братьев-венгров, служивших князю Борису. Два других его брата были в это время в отлучке. Георгий носил на шее золотую гривну, пожалованную ему его господином. Чтобы снять ее, убийцы отрубили ему голову. Ее нашел потом брат его, впоследствии и ставший прп. Ефремом Новоторжским, который завещал погребсти ее в своем гробу. А тела Георгия не нашли. Известно одно явление убиенного отрока. Третьим братом был прп. Моисей Угрин.

Раненый князь выбежал из шатра. Убийцы окружили его, и он обратился к Богу с последней молитвой: "Ты, Господи, виждь и рассуди меня с братом моим, не поставь ему в вину греха сего, и приими с миром душу мою!" И, сказав это, обратился к убийцам: "Братья, приступите и окончите повеленное вам!"

Тогда они завернули его, истекавшего кровью, в шатер, положили на повозку и повезли. Но узнав, что брат его еще жив, Святополк послал двух варягов, и они пронзили сердце святого князя мечами. Было это 6 августа / 24 июля 1015 года. 

Тогда Святополк послал сказать князю Глебу: "Иди скорей, отец зовет тебя, он очень болен!" Глеб, всегда послушный отцу, вскочил на коня и с небольшой дружиной помчался на зов. Недалеко от Волги конь его оступился и повредил себе ногу. Около Смоленска, когда он пересаживался на реке Смядынь в лодку, встретили его посланцы брата его князя Ярослава Новгородского, предупрежденного сестрой их княжной Предиславой: "Не ходи, - писала она ему, - отец твой умер, а брат убит Святополком". -"Увы, мне, - воскликнул князь Глеб со слезами, - лучше мне было бы умереть с братом, чем жить на этом свете! Зачем я остался один? Где твои слова, которые ты говорил мне, брат мой любимый! Больше я не услышу твоих тихих наставлений! Если ты получишь дерзновение у Бога, помолись обо мне, чтобы и я принял ту же смерть. Лучше мне было бы с тобою умереть, чем жить в этом обманчивом свете!"

Показались убийцы, посланные Святополком! Их было много. Долго гнались они за князем Глебом на лодках. Когда они приблизились, св. Глеб упросил своих спутников не браться за оружие и не противиться, говоря, что при покорности они просто отведут его к брату, а при сопротивлении всех порубят. По просьбе святого, спутники его высадились на берег, с жалостью обращая свои взоры на блаженного, который остался посреди реки с отроками. Враги захватили его лодку. Свирепый Горясер закричал повару святого: "Бери нож и зарежь господина твоего, иначе погибнешь сам". Повар, родом из Торков, не так как венгр Георгий, павший за Бориса, вынул нож, взял Глеба за голову и перерезал горло блаженному, подобному незлобивому агнцу. Было это 18/5 сентября 1015 года.

Тело заколотого князя было брошено в пустынном месте между двумя бревнами. Над ним местные жители стали видеть дивное сияние и слышать ангельское пение. А сам святой князь стал являться старейшинам Смоленска, сияя, как молния. Но, пока князь Ярослав не победил Святополка, прозванного народом "Окаянным" и тот не погиб где-то не то в Чехии, не то в Венгрии, в пустынном месте никто не смел искать тел святых князей.

Наконец в 1019 году великим князем стал Ярослав Мудрый, и прежде всего стал их искать. Могилу св. Бориса ему сейчас же указали в Вышгороде, около церкви св. Василия, а где тело св. Глеба, не знал никто. Наконец услышал Ярослав о чудесных знамениях около Смоленска, и сейчас же сказал: "Там тело брата моего, святого Глеба!" Он послал за ним священников. Охотники указали им, где искать святые мощи. Князь Глеб лежал, как живой, и дикие звери не тронули его. Погребли его в одной могиле со святым Борисом.

Однажды один варяг нечаянно наступил на могилу. Из нее вырвался огонь и обжег его. Вскоре церковь св. Василия сгорела, и надо было переносить тела св. страстотерпцев в другое место. Тогда обнаружилось их нетление и начались чудеса и исцеления. Так, они явились хромому сыну садовника Миронега и исцелили его, причем перед ними убиенный отрок Георгий нес зажженную свечу. Являлись они всегда вместе, в виде молодых вооруженных воинов в воинских доспехах. Тогда вел. князь Ярослав воздвиг во имя их в Вышгороде церковь и хотел перенести в нее их святые мощи. Он же приказал написать их икону. Но в Константинополе долго не соглашались на их прославление. Слишком недавно была просвещена христианством Русь, и греки долго сомневались, могли ли в ней уже явиться угодники Божии.

Прославление свв. Бориса и Глеба и перенесение их мощей состоялось только 6 августа/ 24 июля 1078 года, в день убиения св. Бориса, уже после кончины Ярослава Мудрого. Совершал его митрополит Георгий, родом грек, в присутствии трех сыновей Ярослава: Изяслава, Святослава и Всеволода. Сначала перенесли мощи св. Бориса и переложили их в новую раку, причем вся церковь наполнилась чудесным благоуханием. Это привело в ужас митрополита Георгия, давнего противника прославления князей-страстотерпцев. Рака св. Глеба остановилась в церковных дверях, и ее никак не могли внести в церковь, пока митрополит не прочитал молитву, а князья и народ долго пели: "Господи, помилуй!" Князь Святослав приложил руку св. Глеба к ране, бывшей у него на шее, и рана исцелилась, а в волосах его остался ноготь св. Глеба, который Святослав принял с благоговением, как великий дар.

Второе перенесение мощей свв. князей-страстотерпцев Бориса и Глеба из Вышгорода в Киев, в церковь, посвященную их имени, произошло при вел. князе Владимире Мономахе и празднуется 15/2 мая.

А исцеления и чудеса продолжались в изобилии. Одна подневольная женщина была принуждена своей госпожой работать в день святителя Николая, и у нее отсохла рука. Тогда она обратилась в суд с жалобой на свою госпожу. Судьи приговорили ее дать свободу пострадавшей и уплатить большой штраф. Бедная женщина получила свободу, но осталась без всяких средств и вдобавок калекой. Она пошла в храм святых страстотерпцев и провела у мощей их целую ночь в молитве. И утром во время Литургии, перед самым чтением Апостола, она получила исцеление.

Один слепой молился об исцелении св. великомученику Георгию в его Киевском храме. Ночью св. Георгий явился ему и сказал: "Иди к святым Борису и Глебу. Им дана благодать в Земле Русской прощать и исцелять всякие муки и недуги!" Слепой прозрел после нескольких дней молитвы св. мученикам Борису и Глебу.

Замечательное исцеление произошло в Минском княжестве, в городе Турове: престарелый инок Мартин, повар местного епископа, был болен грыжей. Когда он лежал в своей келье, одинокий и беспомощный, к нему вошли два молодых витязя в воинских доспехах. "Что ты, старец, болеешь?" - спросили они его. "Некому дать мне пить", - ответил он. Тогда младший из них взял ведро и принес воды, а старший зачерпнул ее ковшом и напоил больного. "Кто вы, господа мои?" - спросил он. Они ответили: "Мы - братья Ярославовы!" Он подумал, что они братья Минского князя, и сказал: "Нечем мне угостить вас. Возьмите хоть хлеба!" Но они сказали: "Пусть хлеб останется у тебя, а мы пойдем. У нас есть дело в Константинополе. Ты же не хворай больше, не усни!" И стали невидимы. Старец встал здоровым.

В 1240 году они явились стражу Пелгусию перед Невской битвой.

Все цари и князья русские считали святых страстотерпцев Бориса и Глеба своими покровителями и заступниками Земли Русской. Святые мощи их исчезли бесследно во время татарского нашествия в 1240 году.

Сбор новостей

Подписка на Сбор новостей